Привет, Гость ! - Войти
- Зарегистрироваться
Персональный сайт пользователя Syringa: syringa.www.nn.ru  
пользователь имеет статус «трастовый»
портрет № 436715 зарегистрирован более 1 года назад

Syringa

настоящее имя:
Елена
популярность:
28733 место -12↓
рейтинг 478 ?
Привилегированный пользователь 4 уровня
Портрет заполнен на 52%

    Статистика портрета:
  • сейчас просматривают портрет - 0
  • зарегистрированные пользователи посетившие портрет за 7 дней - 51

Отправить приватное сообщение Добавить в друзья Игнорировать Сделать подарок
Блог   >  

Рассказ Новый год . (Грустный рассказ

  09.01.2016 в 18:39   209  

Рассказ Новый год . (Грустный рассказ
Просмотреть или сохранить оригинал: Рассказ Новый год . (Грустный рассказ

Растил, одевал, учил детей и думал, наверное, что это самое главное. А этого мало, человек ведь не поросенок. Ведь это же самое основное: из человека вырастить человека, а не едока. Человек, кем бы он ни был, и чем бы он не занимался, всегда будет человеком…
Новый год, 2 января, вечер. Иду на отпевание усопшего. А сам думаю, а туда ли я иду? Адрес специально на бумажку не записал, понадеялся, что запомню. Номера телефона тоже нет, подтвердить вызов мне никто не сможет. Так что приходится полагаться только на память, ну и на интуицию, разумеется. Пятый этаж, ни на входе в подъезд, ни возле квартиры никаких свидетельств о присутствии покойника .
Прежде чем позвонить в дверь прислушался, а вдруг я ошибся?Представьте себе картинку: вы весело, ничего не подозревая, отмечаете праздник “Новый год”, а к вам вваливается батюшка в черной одежде и при этом совершенно трезвый: “Это у вас тут покойник?."Легко с ума можно сойти, да еще при нашей всеобщей мнительности и суеверии.
Прислушался, действительно за дверью поют, громкие радостные голоса. Точно ошибся. А что делать? Другого адреса у меня всё равно нет. Может рискнуть? Спрашивать ничего не буду, а только поздравлю народ, словно я “дед Мороз”, и скажу: “Ой, простите люди добрые, ошибся”, – а дальше стану действовать по обстановке.
Звоню, открывают. Смотрю: из кухни в коридор тянется длинный стол за столом человек пятнадцать, все выпившие и довольные. Сразу видно, времени зря не теряют. Я выпаливаю заготовленную тираду, а мне в ответ под общий восторг:

– Нет-нет, – не ошибся! Помогают раздеться и, протиснувшись между столом и стенкой, я иду в зал. Вхожу, действительно, в большой комнате в полнейшем одиночестве стоит на столе гроб, и в нём тело пожилого мужчины.

Это дед и отец тем, кто в это время пьёт и веселился за дверью. Приглашаю народ помолиться, думаю: сейчас все встанут и пойдут, – но не тут-то было!

Никто даже не шелохнулся, и уж тем более, не стал вставать. Только, как-то все поскучнели и враз замолчали. Веселье оборвалось, наступило тягостное молчание, и это на Новый-то год!

И я почувствовал себя тем крокодилом, из детского стишка, который у детей солнышко отобрал.

Родственники стали переглядываться между собой и о чём-то шептаться. А потом ко мне подошел молодой мужчина, ростом выше меня на голову с большими, и без сомнения, сильными руками. Он вежливо, но крепко обнял меня за плечи и попросил пройти с ним в другую комнату. Мы сели на диван, и тогда он спросил:

– Батюшка, сколько тебе надо?

Я его сперва не понял, но потом сообразил. Вопрос о пожертвовании за исполняемую требу всегда для меня неприятен, хотя служу уже давно. Как и во сколько можно оценить молитву? Для меня это всегда остается загадкой.

Потому никогда не назначаю плату, а принимаю пожертвование, – и только в том случае, если меня об этом спрашивают. Я сказал об обычной сумме пожертвования, принятого у нас в храме. Мужчина, видимо сын усопшего, достал внушительную пачку крупных купюр и отсчитал деньги:

– Батюшка, вот здесь в два раза больше. И у меня к тебе просьба: – ты уж сам там чего придумай, только, пожалуйста, иди отсюда, не порти нам праздник…

Я шел по улице и не знал, что мне делать, плакать или смеяться?

Жалко было умершего старика. Еще не закопали, а уже забыли. Если ты не нужен даже самым близким тебе людям, то кому ты вообще нужен? Закопают, как старую ветошь и забудут. Никто за тебя никогда не помолится…

Хотя, кого здесь винить? Скорее всего, сам и виноват: растил, одевал, учил детей и думал, наверное, что это самое главное. А этого мало, человек ведь не поросенок. Ведь это же самое основное: из человека вырастить человека, а не едока. Человек, кем бы он ни был, и чем бы он не занимался, всегда будет человеком, а едок, каких бы он жизненных высот не достиг, так никогда и не поднимется выше уровня едока.

Рассказ священника Александра Дьяченко из книги «Плачущий ангел»