Привет, Гость ! - Войти
- Зарегистрироваться
Персональный сайт пользователя Syringa: syringa.www.nn.ru  
пользователь имеет статус «трастовый»
портрет № 436715 зарегистрирован более 1 года назад

Syringa

настоящее имя:
Елена
популярность:
28824 место -22↓
рейтинг 478 ?
Привилегированный пользователь 4 уровня
Портрет заполнен на 52%

    Статистика портрета:
  • сейчас просматривают портрет - 1
  • зарегистрированные пользователи посетившие портрет за 7 дней - 35

Отправить приватное сообщение Добавить в друзья Игнорировать Сделать подарок
Блог   >  

Жил-был на свете писатель. Да не п...

  17.05.2014 в 16:34   172  

Жил-был на свете писатель. Да не простой, а православный. Ездил он по святым местам, посещал Божии храмы и святые обители, и привозил из тех поездок сюжеты для своих книг о Святой Руси, да о благочестивых людях, для которых жизнь — Христос,а Отечество — Царствие Небесное. Так жил и творил писатель год за годом, до самой старости, воспевал Православную Русь-матушку.

* * *

Раз надумал писатель съездить в гости к своему сыну, да к невестке, да к внуку Сашеньке. Надо сказать, что нечасто бывал он у своих родных. Ведь разве Божие дело, которое он творил, было не важнее дел мирских? Разве возрождать Православную веру на Руси не насущней, чем пещись о житейском? Да и разве мало он сделал для своего сына? Крестил его, заповедям Божиим выучил, в люди вывел. Невесту ему подыскал благочестивую, чтоб была у них не просто семья, а домашняя церковь. Квартиру им купил, и первым делом батюшку пригласил, дабы ее освятить. Ведь всем известно: кто в освященных стенах живет, тот живет свято. А как родился у молодых сынок, назвал его писатель в честь святого благоверного князя Александра Невского, великого защитника Русской земли, а по кончине — неусыпного за нее молитвенника. Да хранит угодник Божий дитя, его заступлению вверенное, и да наставляет его жительству во всяком благочестии и чистоте.

Каждый раз по приезде к родным дарил им писатель свои книги: уже целых две полки занимали они, а сколько еще к ним прибавится? Привозил им из святых мест многоразличные святыни: расписные камешки из дивного Дивеева, соловецкие резные ложки с благословляющей дланью, афонские четки, греческие иконы, иорданскую воду да свечи, зажженные им от Благодатного огня в светлый день Христовой Пасхи. Ведь разве есть на свете что-либо ценней святынь? Правда, с некоторых пор стал писатель примечать, что сын с невесткой принимают его дары без особой радости. Да, видно, это оттого, что устают они на работе. Что ж, по Божией заповеди велено человеку хлеб свой в поте лица вкушать2. Да и Сашенька, хоть и мал, а вон какой труженик — круглый отличник. Вот что значит православный!

И сейчас порадовал внучек дедушку своими успехами:

— А знаешь, деда, я вчера пятерку по английскому получил!

— Молодец, Сашенька. — похвалил его писатель. — И за что ж тебе пятерку поставили?
— За рекламный клип! — сообщил внучек. — Хочешь, покажу?

Писатель поморщился. Потому что терпеть не мог всех этих иностранных названий. Пицца… Нет бы сказать по-русски: не пицца, а пирог! А вот как перевести слово — клип?.. Да, хитры злокозненные лукавцы из стран полночных — знают, что если отучить народ от его родного языка, он и веру свою забывать станет. Впрочем, стоит ли опасаться за Сашеньку? Вон, сколько икон у него над письменным столом висит, да еще лампадка теплится — дедушкин подарок, с самого Афона. Да от стольких святынь любая злая сила убежит без оглядки…

Тем временем Сашенька плюхнулся на крутящийся стул, привычным жестом включил компьютер и бойко забарабанил пальцами по клавишам…куда бойчей, чем его дедушка — по клавишам пишущей машинки (будучи православным, писатель не пользовался младшими собратьями брюссельского «Зверя»)3… На экране компьютера появился домик, похожий на той самый, пряничный, в котором каждый из нас в детстве мечтал поселиться. И белокурая девочка в кружевном платьице, напоминающая ангелочка с рождественской открытки. Вот она взяла телефон и набрала номер:

— Алло! Это пиццерия «Пингвин»? Я бы хотела заказать пиццу…

И вот уже целая армия поваров в белоснежных халатах и высоких колпаках захлопотала над приготовлением пиццы. Вот на тонкую лепешку бережно положили нежнейший сыр, кусочки сочных, ярких помидоров и оливки, щедро усыпав все это ароматным базиликом. Вот свежесостряпанный кулинарный шедевр с подобающими почестями поместили в печь. Вот уже дымящуюся, благоуханную, румяную пиццу упаковали в коробку, и, перевязав ее пурпурной ленточкой, вручили мальчику-рассыльному. И он понес заказ…

На пути его разверзались бездонные пропасти и разливались бурные реки, над его головой со зловещим свистом пролетали пули и корабли инопланетян, похожие на видения из ночных кошмаров. Мир рушился и летел в бездну. Но подросток в форме рассыльного пиццерии бесстрашно шагал вперед, ведомый долгом. Он должен был доставить девочке ее заказ!

Старый писатель смотрел на него и вспоминал давно минувшие времена, когда он еще не был ни писателем, ни православным, а был всего-навсего обыкновенным советским пионером с красным галстуком на шее. И носил на груди, у самого сердца, значок, на котором среди языков пламени белел чеканный профиль вождя и дедушки всех советских детей. Именно тогда он впервые прочел и на всю жизнь запомнил историю о маленьком мальчике, свято хранившем верность данному им честному слову. А много лет спустя ему в руки попала книга того же писателя под говорящим за себя заглавием — «Верую»4. И он узнал, что автор полюбившегося ему в детстве рассказа был православным… Вот и его верующий внук снял клип о верности долгу…не случайно же вера и верность — однокоренные слова.

Тем временем перед мальчиком раскинулся бушующий океан. Но и эта преграда не остановила его: он отважно шагнул навстречу взметнувшейся над ним волне. Она вознесла его к небу и мягко опустила на золотистый песок, которым была посыпана дорожка, ведущая к пряничному домику. Мальчик поднялся на крыльцо и позвонил. На пороге показалась белокурая девочка, похожая на рождественского ангелочка, и он подал ей коробку, перевязанную алой ленточкой.

Писатель ждал, что будет дальше. Впрочем, угадать нетрудно: сейчас девочка поблагодарит маленького героя. А потом скажет ему: «давай дружить». Ведь именно так и кончаются все православные истории…
Однако вместо этого девочка произнесла совсем иные слова:

— Что ты стоишь? Чего тебе надо?

— Простите, мисс. — вежливо произнес мальчик. — Я доставил ваш заказ. Теперь вы должны оплатить его.

Неожиданно в руках девочки блеснул револьвер:

— Вот тебе плата! Получай!

Резкий хлопок: и мальчик упал замертво к ее ногам. А на экране появилась надпись: «Пицца «Анжелика» — убийственно вкусно! Спеши попробовать».

— Что эт-то? — едва вымолвил писатель, потрясенный увиденным.

Внучек обернулся. Лицо его светилось безмятежной и самодовольной улыбкой:

— Ну, деда, ты даешь! Я же тебе сказал: это реклама пиццы. Если хочешь знать, весь класс ржал, когда я им это показывал. Даже училка смеялась. А потом поставила мне пятерку. Ведь, правда, смешно! Он ей нес-нес… А она его бах — и наповал! Ха-ха-ха!

Но старый писатель не смеялся. Он с ужасом смотрел на хохочущего внука. Так человек, рьяно тушивший пожары в домах своих ближних, глядит, как пламя бушует над крышей его собственного дома, оставленного им без присмотра…

Монахиня Евфимия Пащенко.